Ответ стоит искать в себе. | Логопедия для нас

четверг, 18 октября 2012 г.

Ответ стоит искать в себе.


    Недавно в моей библиотеке появилась книга Стивена Р. Кови «Семь навыков высокоэффективных людей».  Говорить об основной идее книге можно очень долго – она действительно очень интересна и побуждает к глубоким ( а иногда и глубинным) размышлениям. Но рассказать я хочу сейчас только об одном маленьком примере, который автор приводит из собственной жизни.
Вот собственно и он:   


«Пару лет назад мы с моей женой Сандрой столкнулись с проблемой. У одного из наших сыновей никак не ладилось со школой. Он был хроническим отстающим, не понимал даже условий задачи, не говоря уже о решении. В социальном плане он был незрелым, вечно стеснялся разговаривать даже с близкими. Он был физически слабым, низкорослым, щуплым, с плохо скоординированными движениями, например, он взмахивал бейсбольной битой еще до того, как мяч оказывался в воздухе. Вызывал насмешки окружающих.
Мы с Сандрой были преисполнены желанием помочь мальчику. Мы чувствовали, что достижение успеха, важное в любой сфере жизни, приобретает особое значение при выполнении нами нашей родительской роли. Поэтому мы принялись работать над своими установками и поведением в отношении его, одновременно пытаясь повлиять и на его поведение. Мы стремились подзарядить его психологически, используя технику позитивного мышления:
— Давай-давай, сынок! Ты можешь сделать это! Мы знаем, что ты можешь! Возьмись за биту чуть-чуть повыше и смотри на мяч. Не замахивайся, пока он не подлетит поближе.

И если у сына получалось чуточку лучше, мы что есть силы подбадривали его:
— Вот молодец, сынок, так и продолжай!
Если кто-то смеялся над ним, мы набрасывались на насмешника:
— Оставьте его в покое! Не мешайте! Он ведь только учится!
При этом наш сын заливался слезами и кричал, что у него никогда ничего не получится и что он терпеть не может этот бейсбол.
Как мы ни старались, наши усилия ни к чему не приводили. И мы видели, насколько болезненно это сказывается на самолюбии ребенка. Мы пытались подбадривать его, помогать ему, вселять в него уверенность, однако после многократных фиаско мы решили взглянуть на всю ситуацию под другим углом.
Проводя необходимые исследования и готовя соответствующие материалы, я чрезвычайно заинтересовался тем, как формируется восприятие, как оно воздействует на наши взгляды и как наши взгляды воздействуют на наше поведение. Это привело меня к изучению теории вероятности и самореализующихся предсказаний, или «эффекта Пигмалиона», а также к осознанию того, насколько глубоко коренится в нас наше восприятие. Я понял, что мы должны внимательно смотреть не только на мир вокруг нас, но еще и на «призму», сквозь которую смотрим, и что сама эта «призма» определяет наше восприятие мира.
Беседуя с Сандрой о тех концепциях, которым я обучал сотрудников IВМ, мы постепенно осознали, что все, чем мы стремились помочь нашему сыну, не гармонировало с тем, как мы на самом деле воспринимали, видели его. Когда мы честно признались себе в наших глубоко скрытых чувствах, мы осознали, что на самом деле в глубине души мы воспринимали нашего сына как «отсталого» ребенка с неадекватным развитием. Поэтому, сколько бы мы ни трудились над своими установками и поведением, что бы ни делали и что бы мы ни говорили, наши действия оставались малоэффективными, так как он неизменно читал в них: «Ты не способен на это. Ты нуждаешься в помощи».
Мы начали понимать, что если мы хотим что-либо изменить, то начинать изменение надо с себя. И для того, чтобы изменить себя эффективно, мы прежде всего должны поменять свое восприятие.
Поговорив с Сандрой, мы пришли к прискорбному выводу о сильном влиянии на наши поступки черт нашего собственного характера и наших мотивов, а также нашего представления о своем ребенке. Мы поняли, что социальные мотивы, двигавшие нами, совершенно не гармонируют с нашими глубокими внутренними ценностями и могут привести нас к «условной» любви к сыну и к утрате им чувства собственного достоинства. Поэтому мы решили сконцентрировать свои усилия на самих себе — не на способах поведения, а на наших глубинных мотивах и на нашем восприятии собственного сына. Вместо того, чтобы пытаться изменить его, мы попытались взглянуть со стороны, — отделить себя от него, ощутить его личность, индивидуальность и достоинство.
Путем глубоких раздумий, влекомые верой и поддерживаемые молитвой, мы пришли к тому, что увидели в сыне самостоятельную, неповторимую личность. Мы увидели в нем бесконечные пласты возможностей, которые следовало реализовывать в соответствии с его собственным жизненным ритмом. Мы решили устраниться и прекратить волнения, дать его индивидуальности проявиться без нашего вмешательства. Свою естественную роль мы увидели в том, чтобы утверждать индивидуальность сына, радоваться за него и ценить его. Кроме того, мы сознательно поработали над своими мотивами и начали культивировать «внутренние источники безопасности», позволяющие нам добиться того, чтобы наши представления о собственной значимости не зависели от «приемлемости» поведения наших детей.
Стоило нам избавиться от давления прежних представлений о сыне и выработать в себе мотивы, основанные на ценностях, как у нас начали возникать новые чувства. Мы обнаружили, что теперь радуемся за сына, а не сравниваем его с другими, не судим его. Мы уже больше не пытались растить его по своему подобию или сравнивать его с социальными ожиданиями. Мы оставили попытки мягко, но целенаправленно лепить из него приемлемую социальную модель. Потому что теперь видели в нем полноценного в основе своей, вполне жизнеспособного человека. Мы прекратили защищать его от насмешек окружающих.
Приученный к опеке, сын поначалу испытывал немало трудностей. Он говорил об этом нам. Мы выслушивали его, однако совсем не обязательно на это реагировали. «Тебя не нужно защищать, — говорило наше молчаливое послание. — У тебя все в порядке».
Проходили недели и месяцы, и мало-помалу сын обретал уверенность в себе. Он начал развиваться в своем собственном жизненном ритме. Он стал делать выдающиеся по социальным стандартам успехи — в учебе, в общении, в спорте, — продвигаться вперед быстрыми темпами, значительно быстрее, чем требовал естественный, так сказать, процесс развития. Шли годы, сына выбирали на руководящие посты в различные студенческие организации, он стал чемпионом штата по атлетике, приносил домой только отличные отметки. Он вырос обаятельным, открытым парнем, доброжелательно относящимся ко всем окружающим.
Мы с Сандрой считаем, что впечатляющие достижения нашего сына в большей степени явились следствием его чувств по отношению к самому себе и его восприятия самого себя, а не просто откликом на социальные требования окружающего мира. Наше убеждение хорошо выражено в словах Псалмопевца: «Ищите в сердце своем с усердием, ибо из него вытекают реки жизни».

Кто знает, может, я заработалась и уже ничего не вижу кроме своей дефектологии. Но уж очень мне эта ситуация напомнила нас, нашу работу и систему…   Какую же позицию выбираем мы?

1 коммент. :

Наталья Чемоданова комментирует...

Mara, спасибо, что поделилась! Чтобы выбрать позицию, надо ещё раз вдумчиво перечитать. Пока мои глаза выхватили "лепить из него приемлемую социальную модель", а я всё думала, как это назвать! Вот я вроде смотрю на своих детей с убеждением, что они многое могут и их не надо защищать, жизнь научит! Но наш сегодняшний день меня поверг в уныние((( Надо верить в своих детей, в их силы и возможности, но зная их особенности - защищать и учить защищаться!

Отправить комментарий

Related Posts Plugin for WordPress, Blogger...